exhibition #3:
time trouble
4–8 January 2017
Vladivostok, 35 Svetlanskaya St.
GUM Attic

"Superficial," "derivative," "opportunistic" — the claims against contemporary art are often identical to criticisms of young artists. The "Young Artist" is a brand that is exploited in the field of the art market, the embodiment of great potential, which all lies ahead of the young producer. The illusion of an excess of time immanently inherent in the young artist because of his or her age is false for a number of not only subjective reasons. A harsher set of rules in the game that the artist starting out in their career is supposed to play means that young artists barely have the time to think through their next artistic move, thus often rendering their initial attempts raw and at times meaningless, like a reaction to time trouble in a chess game.

Details in VK Group
Ситуацию выставки в новогодний период каждый из участников ВШСИ решил обыграть по-разному, высказавшись (или промолчав) на заданную тему времени по-своему. Будучи физической величиной, время на чердаке Старого дворика ГУМа определяет как нынешний, так и будущий облик помещения.
На тему разницы между настоящим и прошлым, явленной в преобразованиях физического пространства исторического здания ГУМа, предложил свой фотодиптих Антон Пастухов. Антон также увековечил тень человека на полу и стене чердака, где её изображение, нанесённое аэрозольной краской, находится до сих пор. Работа задумывалась художником как сокращение дистанции между прошлым и настоящим и напоминание о предшествующих жителях чердака.
Время как элемент механизма альтернативной экономики осмысляет Наталья Цымбал и, наследуя идею Антона Видокле с его «банком времени», «продаёт» на выходе посетителю билет на выставку в обмен не на денежный эквивалент, а на время, проведённое им на мероприятии. Валюта времени зафиксирована на билетах с изображением работ участников ВШСИ — билет на час, проведённый на выставке, содержит фото живописи одного художника школы, билет на 15 минут — работу другого. Коллекцию репродукций творений молодых художников можно пополнять бесконечно, приглашая на выставку людей из своего окружения. Белый барельеф Цымбал «Путь» со следами рук и ног на поверхности — свидетельство уникальности пути каждого человека: можно твёрдо идти, можно ползти, а можно цепляться руками.
Инсталляция Анастасии Есауленко прямолинейна и может трактоваться не только как предмет дизайна интерьера, но и шаг по деконструкции слова «Сейчас», предсказуемо одетый в обличие будильника.
Арина и Костя Максимовы предлагают ощутить скорость течения времени буквально на себе, остановившись перед их незаконченными работами и продолжить их, медитативно воспроизводя предложенный паттерн или создавая собственный рисунок.
Интимная работа Жени Макуковой, посвятившей большую часть своего жизненного времени игре на фортепиано, но порвавшая с ней по настоянию врачей, реабилитирует чужой разобранный инструмент, примеряя на него видеопроекцией лечебную процедуру по настройке звука. Инсталляция Макуковой ушла в частную коллекцию молодому местному коллекционеру прямо с открытия выставки.
Время как условие возможности изменения понимает Женя Ёлкова и каждый день методично рисует новое лицо своему альтер-эго, знакомясь с собственным внутренним непостоянством. Фотосерия Ёлковой, таким образом, становится результатом длительного перформанса, который она практикует до сих пор.
О сложных временах в сегодняшней геополитической ситуации — работа с плоскостью от Марины Давидович, на которой проницательный взгляд распознает сотканные из ниток флаги трёх государств, плетущих судьбу карты мира в 2016 году.
На злобу дня своей инсталляцией «Секундомэр» высказался и Денис Кулик, не глобально, но локально рефлексирующий о временности государственной должности и уязвимости лица при исполнении обязательств. Даже считающий себя аполитичным житель Владивостока помнит, что почти все главы города или края прошли через тюремное заключение.
Отрешённая девушка на фотографии Антона Лапшина — застывшая точка вне круговорота времени, как и повисший в воздухе квадриптих Анастасии Есауленко с его фиксированными текстурами и следами былого.
видеозаписи: